Он яростно почесал свою желтую щеку.

– Какие Киселевы?

– Это у которых мальчишка нарушил правило номер один, – объяснил помощник. – Самолет через ограду запустил. Я докладывал. Но замена прибудет только на следующей неделе. Муж, жена, двое детей. Это не они.

– Спасибо, – саркастически оскалился заведующий. – А то я без тебя бы не догадался… Погоди-ка! – Карандаш треснул у него в пальцах, разломившись пополам. – Лысый и баба по приметам совпадают с данными ориентировки от 5 мая! Там был еще третий – пожилой, бородатый. Про косоглазого в ориентировке ничего нет. В любом случае нужно доложить. Что у них там творится? Хрень какая-то! Из Института не звонят. Инструкций не поступает. Ну-ка, соедини с товарищем Картусовым!

– Так ведь нет его! Я и днем пробовал, и вечером.

– Значит, с приемной соедини! Скажи, у нас ЧП!

Пока начальники препирались, а «медбратья» слушали их разговор, Айзенкопф, стоявший справа от Норда, коснулся его руки. Кисть Гальтона кольнуло что-то острое.

Булавка!

Доктор быстро взял ее, ощупал. Булавка была непростая, с крючком на конце. Оказывается, запасливый биохимик не все полезные техсредства держал в рюкзаке. Сам Айзенкопф, надо полагать, свои наручники уже расстегнул.

Пальцы у доктора Норда были ловкие. Просунуть крючок в скважину он сумел с первой же попытки. Чтоб не было слышно щелчка, громко закашлялся.

Есть! Руки свободны.

И момент как раз образовался исключительно удобный. Помощник стоял спиной, набирая телефонный номер, заведующий строчил что-то на листке – должно быть, пункты доклада начальству. Охранники напряженно ждали. Наверное, им нечасто доводилось быть свидетелями важного объяснения в высших сферах.

Не стоило расходовать драгоценные секунды, чтоб освободить от наручников и княжну. Управиться с охраной можно вдвоем. Тем более что ни у кого из белых комбинезонов не видно оружия.